Мне дорог город дорогих моторов

Стихотворения про родной город

Какие стихи вы предпочитаете?

Стихи — Города России и весна Победы — сборник стихов

Я знаю Камы берега ,
Где в яркой зелени луга
И речка Тойма тихо плещет ,
И ярко летом солнце блещет ,
Где есть Елабуги дуга …

Старинный город с тех времён –
Он тысячу лет там был рождён ,
Он и сейчас стоит доныне
И процветает он отныне
Великой славою людей
Трудяг лесов и всех полей …

Весна в Дзержинске …

Идет, грядёт движенье вод ,
Вот льдины там и тут ,
Идёт весенний ледоход
И льдины всё плывут …

Плывут по матушке Оке
До Нижнего они.

Стихи — Город

Сюда приехал налегке,
Хоть я не молод.
Остался где-то вдалеке
Родной мой город.

В чужом краю теплее жизнь,
Согреюсь вскоре.
Я каждый день спускаюсь вниз
С рекою к морю.

И не прогулка, не поход —
Иду с работы.
Мороз, метель и гололёд –
Не мне заботы.

А труд мой прост, так — ерунда?
Зимой, до мая
Котлом и словом города
Обогреваю.

Как пароход вдоль берегов
Дорожкой длинной…
Мне так хотелось, чтоб любовь
Была взаимной,

Когда за город свой родной
Со скверной бился.

Стихи — Стихотворение написано, по мотиву Сказки КуСюка. Маленький

Стихи — Город без дорог

Город без дорог.
Что хочешь ты? Скажи!
Мне кажется, что слышу
Я стон твоей души.

Войны уж нет подавно,
А город без дорог.
Наш город самый славный,
В дождях чуть-чуть продрог.

В России таких много,
Поменьше и больших.
Их не судите строго,
Красивых и родных.

Он наш, любимый с детства,
Наш город без дорог.
Рос с нами по соседству.
И он не одинок.

Наш город — отражение
Внимания к себе.
Наш город — самый лучший
Город на Земле!

Стихи — Родная колыбель

Город стольный, навеки строенный,
Великолепен как цветущий сад,
Уважения от рождения достойный,
Родная колыбель – мой Киев-град.

Не корился он врагам заклятым,
Мудро с доблестью и отвагой
Вознёсся миром православным,
Воспет народом, песней славной.

Меж искрящих златых куполов,
От живящей ауры святого храма,
Князьями и народом возведён —
Сей остов славянского начала.

Красавец Днепр с высоких круч,
Его кромку, солнца луч, ласкает,
Доказал — по-богатырски он могуч,
И верно.

Стихи — Город Владимир. Николо — Галейская улица

Николо — Галейская улица.

Владимир — мой город родной.

Николо — Галейская церковь —

Начало мое и покой.

Вал городской, Золотые Ворота,

Сад Патриарший, соборов кресты.

К Клязьме, к реке веками спускались

С города через Слободку возы.

От церкви по улице в гору,

Как в жизнь, уходили мы все.

Из города, с горки, к покою

И к дому несем свой венец.

На санках-плетенках в Николу.

Стихи — Город дорог

Стихи — Города

Города. города. города.
Между городами мчатся поезда.
В синем небе летят самолёты.
В синем море ходят теплоходы.

А когда… города засыпают.
Сладких снов с неба звёзды желают.
До утра яркий звёздный отряд.
Заступает в небесный наряд.

Читайте также:  Мотор печки от шеви нивы

Города. города. города.
В каждом городе жизнь течёт своя.
Улицы. бульвары. светофоры.
На дорогах звук поющих моторов.

Кружится планета Земля.
Между нами расстоянье в города.
Где-то в городах есть я и ты.
А над нaми.

Стихи — Город где разбиваются сердца!

Стихи — Город Света

Я вижу во сне дивный город,
Полуденным солнцем согретый,
Забывший, что есть зимний холод,
В объятиях вечного лета.

Блестят купола ярче солнца,
И тонут дворцы в ярких красках.
Кто вышел, — уже не вернётся,
Кто видел, — мечтает остаться.

Фонтаны, давая прохладу,
Разносят отблеск светила,
Цветы с неземным ароматом
Помогут забыть всё, что было.

Раздаются с начала рассвета
Трели сотен причудливых птиц.
И величие города Света
Не имеет подобных границ.

Источник

Каспийский груз — Папин бродяга, мамин симпотяга

Слушать Каспийский груз — Папин бродяга, мамин симпотяга

Текст Каспийский груз — Папин бродяга, мамин симпотяга

Ты так похожа на ангелочка,
По мне же видно, что я хмельной.
Но мы одного целого два кусочка,
Делим этот путь в жизнь длинной.

Ты хочешь сына — я хочу дочку.
За моей спиной, как за стеной.
Хорошо, что я не одиночка,
Хорошо, что ты рядом со мной.

Музыка порвет ночь в клочья,
Неважно осенью или весной.
Так и представлял все точь-в-точь я,
Благодарен, что все это происходит со мной.

Наше время еще не вышло,
Так вышло, что оно еще и не пришло.
Жизнь спешна вперед и уже не смешно,
Дел невпроворот, но все будет решено, решено.

Наш городок не подарок, да дорог.
Город разбитых дорог, город дорогих моторов.
Здесь нет соборов, лишь километры заборов
И холодные взоры дворов, но, здесь мой кров.

Да я вырос на этих просторах,
Ездил по этим дорогам по сто раз
В этих бесконечных коридорах,
Наломал дров и, есть еще порох.

Да я вырос на этих просторах,
Ездил по этим дорогам по сто раз
В этих бесконечных коридорах,
Наломал дров и, есть еще порох.

А я Московский озорной гуляка,
В бараках архипелага Гулага.
Видел мир от Скруджа МакДака до Waka Flocka.
Папин бродяга, мамин симпатяга.

Штангой к груди тяга, или тяга в груди с затяга.
В пластике влага, желаю блага.
Папин бродяга, мамин симпатяга.

Хожу смотрю на здания, на строения,
Я не один со мной моё плохое настроение.
И я понял в процессе старения,
Что я в процессе старения.

Дай мне таблетку, чтобы меня поменяло,
Чтоб я помолодел душой, а не с лица.
Дата рождения, это когда-то начало
Или как дата начала конца.

А я много чего позабыл,
Пока годы везли меня по автобану
И пусть сейчас я хуже, чем был,
Но точно лучше, чем стану.

Детская радость делась куда-то давно,
Семейное счастье ты попадись мне.
Я видел, как в кино снимают кино,
Но не видел жизни в жизни.

Я был родителями затеян,
Свежий зелень, как лист сельдерея
И не уверен если я не делал,
Мол полдела иметь — пол идеи.

И не балдею от музыки Баха,
Надел рубаху, я парень-рубаха.
Еду к Натахе, у Натахи ляхи,
Мой размер я от Натахи в ах*е.

Взглядом сверлил белый потолок,
И очень хотел, чтоб как в рекламе Данон.
Белым бело, не протекало
Чтоб, нашего корыта дно.

Я из времен не пустых обещаний и правил,
Переходя дорогу гляну налево, направо.
И я давно уже земли бы хапнул,
Не применяй я все чему учил мой папа.

А дым дойдет до потолка там.
Пролетят незаметно года.
Свои года рушил без стыда,
А это значит я бесстыжий временной вандал.

Читайте также:  Honda лодки моторы принадлежности

И к 31-ому, как мастер Лайфхака,
И головой на плахе не плакал,
Говорили красавчик, говорил не так уж,
Просто папин бродяга, мамин симпатяга.

Источник

Нет мудрее и прекрасней средства от тревог

Нет мудрее и прекрасней средства от тревог,
Чем ночная песня шин.
Длинной-длинной серой ниткой стоптанных дорог
Штопаем ранения души.Не верь разлукам, старина, их круг –
Лишь сон, ей-Богу.
Придут другие времена, мой друг,
Ты верь в дорогу.
Нет дороге окончанья, есть зато её итог:
Дороги трудны, но хуже без дорог.Словно чья-то сигарета – стоп-сигнал в ночах:
Кто-то тоже держит путь.
Незнакомец, незнакомка, – здравствуй и прощай, –
Можно только фарами мигнуть.Не верь разлукам, старина, их круг –
Лишь сон, ей-Богу.
Придут другие времена, мой друг,
Ты верь в дорогу.
Нет дороге окончанья, есть зато её итог:
Дороги трудны, но хуже без дорог.То повиснет над мотором ранняя звезда,
То на стёкла брызнет дождь.
За спиною остаются два твоих следа,
Значит, не бесследно ты живёшь.Не верь разлукам, старина, их круг –
Лишь сон, ей-Богу.
Придут другие времена, мой друг,
Ты верь в дорогу.
Нет дороге окончанья, есть зато её итог:
Дороги трудны, но хуже без дорог.В два конца идет дорога, но себе не лги –
Нам в обратный путь нельзя.
Слава Богу, мой дружище, есть у нас враги,
Значит, есть, наверно, и друзья.Не верь разлукам, старина, их круг –
Лишь сон, ей-Богу.
Придут другие времена, мой друг,
Ты верь в дорогу.
Нет дороге окончанья, есть зато её итог:
Дороги трудны, но хуже без дорог.

Источник

Чуйский тракт Песня Алтайских шоферов.

Есть по Чуйскому тракту дорога,
Много ездит по ней шоферов.
Был один там отчаянный, строгий.
Звали Колька его, Снегирев.

Он машину трехтонную АМО,
Как сестренку, родную любил.
Чуйский тракт до монгольской границы
Он на АМО своей изучил.

А на «Форде» работала Рая,
И частенько над Чуей-рекой
«Форд» зеленый и Колькина АМО
Проносились куда-то стрелой.

Полюбил Колька Раечку крепко,
И в каких бы местах не бывал,
На ухабах и пыльной дороге
«Форд» зеленый глазами искал.

И однажды признался ей Колька,
Только Рая суровой была.
Посмотрела с усмешкою только,
И по «Форду» рукой провела:

«Слушай, Коля, скажу тебе вот что:
Ты, наверное, любишь меня.
Когда АМО мой «Форд» перегонит,
Тогда Раечка будет твоя».

Из далекой поездки с Алтая
Коля ехал однажды домой.
Быстрый «Форд» и веселая Рая
Мимо АМО промчались стрелой.

Тут и екнуло Колькино сердце —
Вспомнил с Раечкой он уговор.
И сейчас же рванулись машины,
И запел свою песню мотор.

Нипочём все обрывы, ухабы,
Николай ничего не видал,
Шаг за шагом все ближе и ближе
Грузный АМО «Форда» догонял.

Миг еще — и машины сравнялись,
Колька Раечку вдруг увидал,
Обернулся и крикнул: «Эх, Рая!» —
И на миг позабыл про штурвал.

С поворотом не справилась «АМО»,
И упала вдруг в воду реки
Так погиб Снегирёв в волнах Чуи
Не спросив у Раисы руки .

Люди память воздали шофёру:
Он удачу в любви не познал,
На могиле — разбитая фара
И от АМО погнутый штурвал.

С той поры неприступная Рая
Не летит над обрывом стрелой.
Едет тихо, как будто устала,
Лишь штурвал держит крепкой рукой.

Чтобы никто не придирался, печатаю
вам второй вариант песни:

Есть по Чуйскому тракту дорога,
Много ездит по ней шоферов.
Был один там отчаянный, строгий.
Звали Колька его, Снегирев.

Он машину трехтонную АМО,
Как сестренку, родную любил.
Чуйский тракт до Монголии самой
Он на АМО своей изучил.

А на «Форде» работала дама,
И частенько над Чуей-рекой
«Форд» зеленый и Колькина АМО
Проносились куда-то стрелой.

Читайте также:  Мотор джидай что это

Рая — звали водителя форда.
Песни не было б этой поверь!
Но водитель рукою нетвёрдой
Приоткрыл вдруг заветную дверь

Полюбил Колька Раечку крепко,
И в каких бы местах не бывал,
На ухабах глазами нередко
«Форд» зеленый с Раисой искал.

И однажды признался ей Колька,
Жаль, но Рая суровой была.
Посмотрела на Кольку и только
Вдруг по «Форду» рукой провела:

«Слушай, Коля, ты руль не уронишь?
Ведь, наверное, любишь меня.
Ты не АМО мой «Форд» перегонишь,
Тогда Раечка будет твоя».

Из далекой поездки с Алтая
Коля ехал однажды домой.
Быстрый «Форд» и веселая Рая
Мимо АМО промчались стрелой.

Тут и екнуло Колькино сердце —
Вспомнил с Раечкой он уговор,
Быстро он вдруг закрыл в АМО дверцу
И запел свою песню мотор.

Нипочём все обрывы, пылища,
Николай ничего не видал,
Становилось все ближе и чище
Грузный АМО «Форда» догонял.

Миг еще — и машины сравнялись,
Колька Раечку вдруг увидал,
«Эх, Раиса!» Машины их мчались —
Он на миг позабыл про штурвал.

С поворотом не справилась «АМО»,
И упала вдруг в воду реки
Так погиб Снегирёв из-за дамы,
Не спросив у Раисы руки .

Люди память воздали шофёру:
Он удачу в любви не познал,
На могиле — лишь Раино горе,
И от АМО погнутый штурвал.

С той поры неприступная Рая
Не летит над обрывом стрелой.
Едет тихо, по женски вздыхая,
Лишь штурвал держит крепкой рукой.

Источник

Дорожная история

Я вышел ростом и лицом —
Спасибо матери с отцом;
С людьми в ладу — не понукал, не помыкал;
Спины не гнул — прямым ходил,
И в ус не дул, и жил как жил,
И голове своей руками помогал…
Бродяжил и пришёл домой
Уже с годами за спиной,
Висят года на мне — ни бросить, ни продать.
Но на начальника попал,
Который бойко вербовал,
И за Урал машины стал перегонять.

Дорога, а в дороге — МАЗ,
Который по уши увяз,
В кабине — тьма, напарник третий час молчит,
Хоть бы кричал, аж зло берёт:
Назад пятьсот,
пятьсот вперёд,
А он зубами «Танец с саблями» стучит!
Мы оба знали про маршрут,
Что этот МАЗ на стройках ждут.
А наше дело — сел, поехал. Ночь, полночь…
Ну надо ж так! Под Новый год!
Назад пятьсот,
пятьсот вперёд!
Сигналим зря — пурга, и некому помочь!

«Глуши мотор, — он говорит, —
Пусть этот МАЗ огнём горит!»
Мол видишь сам — тут больше нечего ловить.
Мол, видишь сам — кругом пятьсот,
И к ночи точно занесёт,
Так заровняет, что не надо хоронить!

Я отвечаю: «Не канючь!»
А он — за гаечный за ключ
И волком смотрит (он вообще бывает крут).
А что ему — кругом пятьсот,
И кто кого переживёт,
Тот и докажет, кто был прав, когда припрут!

Он был мне больше чем родня —
Он ел с ладони у меня,
А тут глядит в глаза — и холодно спине.
А что ему — кругом пятьсот,
И кто там после разберёт,
Что он забыл, кто я ему и кто он мне!

И он ушёл куда-то вбок.
Я отпустил, а сам прилёг,
Мне снился сон про наш «весёлый» наворот.
Что будто вновь — кругом пятьсот,
Ищу я выход из ворот,
Но нет его, есть только вход,
и то не тот.…

Конец простой: пришел тягач,
И там был трос, и там был врач,
И МАЗ попал, куда положено ему.
И он пришёл — трясётся весь…
А там — опять далёкий рейс,
Я зла не помню — я опять его возьму!

Источник

Поделиться с друзьями